На заре Реформации практически единственным доступным переводом Библии была латинская Вульгата – перевод, осуществленный Иеронимом в 380 году. При этом следует отметить, что ко времени начала Реформации этот перевод был существенно искажен. В Вульгату вошли как перевод Ветхого Завета с древнееврейского, так и перевод Нового Завета с греческого, а также Книги Товита, Иудифи, Премудрости Соломона, Премудрости Иисуса, сына Сирахова, Варуха, некоторые добавления к Книге Даниила и 1-я и 2-я Книги Маккавейские.
В целом, Библия не была книгой, знакомой широким слоям населения, и ее нельзя было найти в большинстве домов. В церквах были Библии, прикованные цепями к кафедрам; в монастырях хранились библейские свитки; Библии были у королей и представителей правящей знати. Но Библия не была такой книгой, которая бы находилась у многих людей дома.
Более того, редкостью были Библии, переведенные на язык какого-то конкретного народа. Ко времени, когда жил Лютер, существовало несколько немецких переводов Библии, а также один французский, опубликованный в 1473 году. Но латинский перевод, в основном, был единственным доступным переводом Библии. Образованная знать могла читать по-латыни, но некий средний житель Англии, Франции, Германии, Италии или Испании знал только обрывки латинских фраз, которые он мог запомнить на мессе. И даже эти крохи часто были искажены. Если вы хотите понять, что значит библейская безграмотность широких слоев населения того времени, прочтите «Кентерберийские рассказы» Чосера, написанные на среднеанглийском языке между 1387 и 1400 годами. Путаница и простое непонимание Библии вплетено в произведение Чосера.
Латинская Вульгата была той Библией, которую поначалу изучал Лютер. Однако вскоре, когда он погрузился в греческие тексты, он осознал все ее недостатки. После изучения греческих текстов он, в общем-то, и сделал свои революционные выводы. Кроме того, он понял еще одно: если нужно что-то изменить, то для этого мало богословских дебатов между немногими знатоками Библии.
Необходимо, чтобы Библия была переведена на простонародный (в его случае – на общедоступный немецкий) язык и стала широкодоступной. По моему мнению, самое опасное дело Лютера состояло не в том, что он прибил к двери свои «95 тезисов». Оно состояло в том, что он перевел Библию на обычный немецкий язык и способствовал ее широкому распространению.
«Ересь» Лютера
К 1522 году Лютер перевел Новый Завет, а к 1534 – всю Библию, куда вошли и книги из межзаветного иудаизма, которые позже были названы апокрифическими. Даже в старости Лютер все еще вносил исправления в свою работу, потому что понял, к насколько серьезным изменениям привело появление этого перевода.
Лютер не переводил непосредственно латинскую Вульгату, и для некоторых это стало равносильно ереси. Учась в латинской школе в Магдебурге, Лютер выучил греческий язык, поэтому мог переводить с греческого на латынь. Существует мнение, возможно правдивое, что Лютер выезжал в близлежащие города и деревни, просто чтобы послушать, как люди разговаривают, чтобы его перевод, в частности Нового Завета, был как можно ближе к обычному современному для него варианту языка. Библия, которую он собирался издать, не должна была стать Библией знати и для знати.
Великий историк церкви Филип Шафф высказал такое мнение: «Самым плодотворным результатом пребывания Лютера в замке Вартбург и самым важным и полезным делом всей его жизни стал перевод Нового Завета, посредством которого он принес учение и пример Христа и апостолов в умы и сердца немцев в виде живой картинки. ... Он сделал Библию народной книгой в церквах, школах и домах».
Это открыло ящик Пандоры в том, что касается перевода Библии, и закрыть этот ящик обратно оказалось невозможным. Нечего и говорить, что это обеспокоило церковных чиновников всех мастей, потому что они больше не имели власти над Божьим Словом.
Предшественники и последователи
О предшественниках Лютера в его переводе Библии на простонародный язык сказано, однако, немного. Например, Джон Уиклиф со своими коллегами опередили Лютера на добрых 140 лет, когда перевели Библию на среднеанглийский язык в период между 1382 и 1395 годами. Уиклиф переводил не один; известно, что, например, Николас Херефорд тоже был задействован в этом. Различие между группой Уиклифа и Лютером состоит в том, что Уиклиф сотоварищи переводили прямо с латинской Вульгаты и совершенно не делали критического разбора текстов.
Кроме того, Уиклиф включил в Библию не только книги, которые впоследствии были названы апокрифическими, но и 2 дополнительные книги Ездры и произведение второго века под названием «Послание к Лаодикийцам» в качестве, так сказать, бонуса.
Как и в случае Лютера, работа Уиклифа не была санкционирована церковными или светскими властями, но стала при этом чрезвычайно популярной. И реакция властей последовала суровая. Король Генрих IV и архиепископ Томас Арундельский делали все возможное, чтобы остановить их работу, а Оксфордский собор 1408 года проголосовал за то, чтобы не делать никаких новых переводов Библии без официального позволения. Уиклиф, однако, зажег эту свечу, и огонь уже было не погасить.
Возможно, самой пронзительной историей той эпохи стала история Уильяма Тиндейла. Он жил с 1494 по 1536 годы и претерпел мученическую смерть за то, что перевел Библию на английский язык. Как и Лютер, Тиндейл переводил с древнееврейского и греческого, хотя и использовал Вульгату для перекрестных ссылок и проверки. До своей смерти он успел закончить перевод Нового Завета и приблизительно половины Ветхого. Его перевод стал первой Библией на английском языке, которая была напечатана в промышленных масштабах.
Поначалу Тиндейл просил разрешения на перевод у лондонского епископа Танстела, то тот сказал ему, что это запрещено и что это вообще ересь, поэтому чтобы выполнить эту работу, Тиндейл переехал на континент. Частичное издание вышло в 1525 году (всего через три года после Лютера) в Кельне, но шпионы выдали Тиндейла властям, и, что интересно, он был вынужден бежать в Вормс, тот самый город, в котором дело Лютера было рассмотрено перед рейхстагом. Там в 1526 году Тиндейл опубликовал полное издание своего перевода Нового Завета.
Как позже отметил Алистер Макграт, Библия короля Иакова, или как ее называют, Официальный перевод (имеется в виду перевод, санкционированный монархом, прим. переводчика), выполненный в начале 1600-х годов (а именно, несколько изданий, включая издание 1611 года), не была оригинальным переводом Библии на английский язык, а скорее заимствованием перевода Тиндейла с некоторыми исправлениями на основе Женевской Библии и других переводов. Многие известные пассажи в Библии короля Иакова («by the skin of his teeth» – синод., «только с кожею около зубов моих»; «am I my brother’s keeper?» – синод., «разве я сторож брату моему?»; «the spirit is willing but the flesh is weak» – синод., «дух бодр, плоть же немощна»; «a law unto themselves» – синод., «сами себе закон» и многие другие) были взяты у Тиндейла. Он обладал замечательной способностью превращать библейские фразы в запоминающиеся английские выражения.
Но даже Официальный перевод не был первым английским собственно официальным переводом Библии. Первым была «Великая Библия» 1539 года, санкционированная Генрихом VIII. Генрих хотел, чтобы Библию читали в англиканских церквах, и с этой целью Майлз Кавердейл выполнил этот перевод. Кавердейл попросту списал многое у Тиндейла, убрав некоторые спорные моменты; кроме того, он закончил перевод, начатый Тиндейлом, и добавил перевод апокрифов. Обратите, однако, внимание, что Кавердейл в процессе работы над своим переводом использовал Вульгату и перевод Лютера, а не древнееврейские и греческие оригиналы.
По этой и некоторым другим причинам, многие зарождающиеся протестантские движения на континенте и в Великобритании были недовольны Великой Библией. Язык Женевской Библии был более ярким и энергичным, поэтому она быстро обогнала по популярности Великую Библию. Ее предпочитали Уильям Шекспир, Оливер Кромвель, Джон Буньян, Джон Донн, а также пилигримы, отправившиеся в Новую Англию. Именно ее, а не Библию короля Иакова, они взяли с собой на «Мейфлауер».
Женевская Библия стала популярной не только потому, что ее массово печатали для широких слоев населения, но также и потому, что она была снабжена пояснениями, учебными материалами, перекрестными ссылками на параллельные места, а также вступлениями к каждой книге с кратким содержанием, картами, таблицами, иллюстрациями и даже указателями. Словом, это была первая английская учебная Библия, и, напомню еще раз, она вышла на полвека раньше Библии короля Иакова. Не удивительно, что в Библии, изданной под эгидой Женевы времен Джона Кальвина, комментарии были кальвинистскими по сути и раскольническими (в смысле, не соответствующими учению Англиканской церкви) по характеру. Это было одной из причин, по которой английские короли издали «Официальную версию». Им была нужна Библия, которая не оспаривала бы Dieu et mon droit (что означает «Бог и мое право», монарший девиз, предполагающий суверенность короля).
А как насчет апокрифов?
Примечательно, что в Женевской Библии впервые Новый Завет был полностью переведен с древнееврейского текста. Как и предыдущие переводы, эта Библия содержала апокрифы. Да и в Библии короля Иакова 1611 года тоже были апокрифы, в том числе, истории о Сусанне, о Виле и Драконе (обе истории являются дополнениями к Книге Даниила), а также молитва Манассии.
Можно сказать, что ни один значительный перевод Библии, появившийся во времена немецкой, швейцарской и английской реформации, не состоял из 66 книг. Правда, кроме 66 книг, другие 7 (а иногда и больше) рассматривались как второканонические, откуда и произошел термин «апокриф», но, тем не менее, считалось, что они имеют некоторый авторитет.
Когда же и где появилась протестантская Библия, состоящая из 66 книг? Эта практика не была стандартизирована до 1825 года, когда Британское и иностранное библейское общество, по сути, попросту заявило: «Эти 66 книг и никакие другие». Но это не была Библия Лютера, Кальвина, Нокса или даже братьев Уэсли, которые пользовались Официальной версией. Протестанты к тому времени уже долго считали дополнительные книги, как минимум, второканоническими. Некоторые даже называли их неканоническими, и существовали прецеденты, когда Библия печаталась без этих книг. Например, после 1549 года существовало небольшое издание Великой Библии, в которое не вошли апокрифы; издание Епископской Библии 1575 года тоже не содержало этих книг. Не вошли они и в тиражи Женевской Библии 1599 и 1640 годов. Так или иначе, но эти книги не считались каноническими среди многих протестантов.
Самое важное дело Лютера
Лютер в 1517 году не мог себе и представить, что его самым важным делом в процессе немецкой реформации, делом, более всего повлиявшим на многие жизни и приведшим к возникновению протестантизма, стали не его комментарии на Послания к Галатам и Римлянам, не его теологические трактаты наподобие «О рабстве воли» и даже не тот факт, что он настаивал на оправдании исключительно по благодати через веру. Нет, самым большим камнем, который он бросил в церковный пруд, произведшим не просто рябь, а настоящие волны, стала Библия Лютера. Но он не был первопроходцем. Он и Уильям Тиндейл заслуживают равного звания настоящих первопроходцев, поскольку именно они переводили Библию с оригинального языка, на котором она была написана, на язык обычных людей, чтобы те смогли беспрепятственно ее читать, изучать, запоминать и быть ею движимыми и формируемыми. Библии людей, от людей и для людей до Лютера и Тиндейла, по сути, не существовало.
На сегодня существует более 900 переводов и парафразов полного текста Нового Завета и его частей на английском языке. Девятьсот! Никто из первых реформаторов не мог себе этого и представить, также не могли они и думать, что Библии будут лежать не только на кафедрах и церковных скамьях, но что они будут и в домах у многих людей. С началом немецкой реформации стало понятно, что все это действие Святого Духа, творящего все новое. Сюда входят заново сделанные переводы Библии, в которых мы все ближе подходим к оригинальному богодухновенному тексту по мере того, как мы находим все больше манускриптов, занимаемся трудным делом критического разбора текстов и делаем переводы на основе самых ранних и самых лучших древнееврейских, арамейских и греческих библейских текстов.
Лютер делал свой перевод на основе работы Эразма над греческим Новым Заветом, и на то время было известно всего несколько греческих манускриптов, с которыми мог работать Эразм, при этом все они были не очень старыми. Когда в 1611 году появилась на свет Библия короля Иакова, то эта проблема, касающаяся как Старого, так и Нового Заветов, никуда не делась.
На сегодня в нашем распоряжении имеется 5000 манускриптов греческого Нового Завета, большая часть из которых была найдена за последние 150 лет, а некоторые из них датируются вторым и третьим веками нашей эры. У нас есть находки Мертвого моря и другие манускрипты, которые стоят на 1000 лет ближе к оригинальным источникам Ветхого Завета, чем мазоретский текст (традиционная основа для текста Ветхого Завета), и мы намного ближе к этим источникам, чем были в 1900 году. Бог в Своем провидении подводит нас ближе к Себе, подводя нас, представителей современного человечества, ближе к оригинальным богодухновенным текстам.
Призыв «sola Scriptura» звучит сегодня намного полнее, чем в прошлом, потому что сейчас мы знаем, что решение, принятое отцами церкви четвертого века признать 27 книг Нового Завета и 39 книг Старого Завета (плюс еще некоторые), было правильным. Канон был закрыт, когда было признано, что в нашей Библии должны быть книги, написанные лично свидетелями происходившего или их соработниками и коллегами в случае Нового Завета, а также книги, написанные в контексте передачи священных еврейских традиций Закона, Пророков и Писаний, уходящих корнями к Моисею, книгам царей и великим пророкам прошлого.
Первоисточники мы имеем благодаря великим людям древности, записавшим все во время между Моисеем и Иоанном в его бытность на Патмосе, а наши Библии на понятном нам языке мы имеем благодаря нашим протестантским предшественникам – Лютеру, Тиндейлу, Кальвину и другим. Может быть сейчас, когда мы празднуем 500-ю годовщину немецкой реформации, пришло время сказать, что без протестантизма на руках у столь многих христиан, возможно, не было бы Библий, переведенных на столь многие языки. Труд, начатый Лютером, Тиндейлом и Уиклифом, еще не завершен. Все еще существуют места, где Библии являются чем-то незаконным или где не существует перевода на язык местного населения. Но слава Богу, что этот труд продолжается, потому что призыв «semper reformanda» (лат., реформация нужна всегда) сегодня все еще актуален.
Бен Визерингтон III является профессором толкования Нового Завета Богословской семинарии Эсбери. Он написал множество книг, последняя из которых называется «Неделя падения Иерусалима» (IVP Academic).
Annual & Monthly subscriptions available.
- Print & Digital Issues of CT magazine
- Complete access to every article on ChristianityToday.com
- Unlimited access to 65+ years of CT’s online archives
- Member-only special issues
- Learn more
Read These Next
- From the MagazineEric Liddell’s Legacy Still Tracks, 100 Years LaterWith his refusal to race on Sunday, the Scottish sprinter showcased a bigger story about Christians in sports.日本語
- Editor's PickN.T. Wright: What Jesus Would Say to the ‘Empire’ TodayHow Jesus and the Powers, cowritten with Michael F. Bird, calls Christians into the political sphere.